На фоне новой коронавирусной инфекции как-то совсем потерялись другие заболевания. А ведь они не менее опасны и по масштабу своего распространения ничуть не уступают COVID-19. Среди них – вирус иммунодефицита человека. Каждую минуту в мире им заражается 15 человек, а в России каждый час – 10 человек.
Накануне Международного дня памяти умерших от СПИДа, который ежегодно отмечается в третье воскресенье мая, мы встретились с главным внештатным специалистом по проблемам диагностики и лечения ВИЧ-инфекции Минздрава РФ в ЮФО, руководителем Волгоградского областного центра по профилактике и борьбе со СПИДом Олегом Козыревым и поговорили об особенностях сегодняшней ВИЧ-инфекции и ее сходстве с коронавирусом.
– Олег Анатольевич, а зачем ВОЗ объявила Международный день памяти умерших от СПИДа?
– Прежде всего для того, чтобы привлечь внимание мировой общественности к проблемам людей, живущих с ВИЧ-инфекцией, а также к распространению этого заболевания в мире. Сейчас на планете живет более 42 миллионов человек, инфицированных вирусом иммунодефицита человека. Это 42 таких города, как Волгоград! И большинство ВИЧ-инфицированных – молодые люди в возрасте до 30 лет.
– А сколько погибли от вируса?
– Тут цифра не менее впечатляющая – 32 миллиона с начала эпидемии, то есть за последние 30 лет. Но надо понимать, что погибли они не от СПИДа (многие из них даже не смогли дожить до этой последней стадии ВИЧ-инфекции), а от сопутствующих СПИДу болезней.
– Какие это болезни?
– На протяжении последних лет спектр ключевых заболеваний, приводящий к летальному исходу, у людей, живущих с ВИЧ, существенно изменился. В начале эпидемии это были в основном молодые люди, умиравшие из-за отсутствия специфической терапии от синдрома Капоши, церебрального токсоплазмоза, пневмоцистной пневмонии. Сейчас же, с появлением антиретровирусной терапии, инфекция переместилась в более старшие возрастные группы. А с увеличением возраста инфицированных более частыми причинами смерти стали сердечно-сосудистые и онкологические заболевания. Основной же причиной смертности ВИЧ-инфицированных по-прежнему является туберкулез.
– Он настолько распространен среди них?
– Да, по некоторым данным, почти 49% людей, инфицированных одновременно ВИЧ и туберкулезом, даже не подозревают о своей двойной инфекции. Между тем своевременное начало антиретровирусной терапии предотвращает иммунодефицит, на фоне которого развивается туберкулез, а химиопрофилактика туберкулеза уменьшает риск его развития и сокращает смертность от ВИЧ-инфекции на 40%.
– Сегодня самое приоритетное заболевание – это новая коронавирусная инфекция. На борьбу с ней брошены все медицинские силы и средства. Есть ли сходство у COVID-19 и ВИЧ?
– Да, у этих инфекций много общего. Это быстрый рост числа инфицированных, отсутствие вакцины для предупреждения заражения и лекарственных препаратов для специфической терапии на начальном этапе, поражение наиболее уязвимых групп населения, а также стигма и дискриминация по отношению к инфицированным из-за страха заражения, незнания путей передачи и способов предотвращения заболевания. И есть еще один общий момент: как и в случае с ВИЧ, медики и ученые разных стран объединились для борьбы с заболеванием и для разработки вакцины от COVID-19. Все мы надеемся, что их усилия будут эффективны.
– Основным путем предотвращения эпидемии ВИЧ-инфекции по-прежнему является просветительская деятельность?
– Да, просветительская деятельность, направленная на уменьшение степени риска, а также на повышение мотивации к здоровому образу жизни. И могу сказать на примере нашего региона, что это работает. Когда-то Волгоградская область была одним из первых регионов России, куда «пришел» СПИД, и несколько лет мы удерживали печальное лидерство по пораженности населения ВИЧ. Сегодня же мне приятно отметить, что показатель заболеваемости ВИЧ в регионе в 1,7 раза ниже, чем в среднем по РФ. И это при том, что с каждым годом в Волгоградской области увеличивается количество медицинских освидетельствований на ВИЧ, тоже выше, чем в среднем по России. То есть выявляемость инфекции очень высокая. И еще несколько цифр. Нашей последней масштабной профилактической информационной кампанией (а они на территории региона проводятся на регулярной основе) было охвачено более 1 млн 200 тыс. человек, и специальные исследования показали: уровень информированности населения области по вопросам ВИЧ-инфекции за последние три года повысился на 20% и составил в первом квартале 2020 года 93%.
– Это хороший показатель. Как говорится, предупрежден – значит, вооружен. А что у нас с антиретровирусной терапией? Доступна ли она жителям Волгограда и области?
– Да, современные препараты, снижающие вирусную нагрузку и позволяющие перевести ВИЧ-инфекцию в разряд хронических инфекций, получают сегодня все наши пациенты, которым АРВ-терапия показана. Благодаря этому показатель летальности среди ВИЧ-инфицированных в Волгоградской области в 1,5 раза ниже, чем по РФ.
– А какова продолжительность жизни волгоградцев, у которых диагностирован ВИЧ?
– Она тоже существенно увеличилась. В первых научных публикациях о ВИЧ говорилось, что максимальный срок жизни инфицированного всего 10–12 лет. Потом появились данные, что 12–15 лет, а сейчас многие клиницисты и теоретики склоняются к тому, что срок жизни ВИЧ-инфицированных на терапии вообще не ограничен. Принимая препараты, которые с каждым годом становятся более эффективными, безопасными и совершенными, и изменив свое поведение, они могут дожить до даже глубокой старости. Я уже неоднократно говорил и вновь хочу повторить, что наша, казалось бы, глубоко провинциальная область бьет рекорды по продолжительности жизни ВИЧ-инфицированных: более 20 наших пациентов, которых еще детьми инфицировали в одной из волгоградских больниц в 1988–89 годах, выросли, выучились, завели семьи, родили здоровых детей. Находясь на АРВ-терапии, они ведут практически нормальную жизнь. А ведь прошло уже более тридцати лет!..
